Операции с документом
«Если он не вернется, жизнь потеряет смысл…»
– Я сразу поняла – это мой человек и, если не с ним, то ни с кем другим делить чувства я не буду, – вспоминает Марина, словно говорит сама с собой, переживая заново то счастье, что у нее отняли. – Помню, как расстроены были родители, когда узнали о моей любви.
Почти все родители почему-то эгоистичны в своей привязанности к детям, считают, что позволительно пытаться влиять на них даже в таких глубоко личных вопросах. Не были исключением и родители Марины: они все уговаривали дочку хорошо подумать прежде, чем выходить за Руслана замуж. Но она не думала ни о чем, не сомневалась ни минуты, просто знала, что Руслан – ее судьба, она пойдет за ним хоть на край света. В 2001 году они поженились по мусульманскому обряду. Старшему их сыну сейчас семь лет, младшему чуть больше года. Четыре года назад Марина с сыном переехала в Ингушетию, к родственникам мужа. Руслан работал судебным приставом в городе Магасе. Но их счастье, видно, кому-то мешало. 14 мая этого года Руслана похитили, а через два часа произвели обыск в доме. О нарушениях, с которыми он производился, Марина даже и не говорит. Но из дому забрали еще 70000 (семьдесят тысяч) рублей. Это были деньги, что копились на операцию для младшего сына.
А потом, по словам Марины, да и судя по тем официальным отпискам, которые у нее на руках, стали обвинять ее в инсценировке похищения и в оговоре представителей власти. Дескать, в глаза мы не видели ваших денег. Но Руслана забрали на трассе, вне дома, через два часа состоялся обыск; родственники ни о чем еще не заявляли, не успели, так о какой же инсценировке идет речь?
– Он не был ни ваххабитом, ни боевиком. Не сделал ничего плохого. За что!? За что!? Он всего лишь был хорошим отцом, сыном, мужем. Я не могу не искать. Буду искать. Он не может не вернуться, иначе жизнь не имеет смысла. Ну, как мне жить без него?
Сколько раз я слышала подобное в Чечне! И не находила слов поддержки… Здесь я тоже всего лишь потерянно слушала. Марина очень тепло отзывается о родственниках Руслана, особенно о матери, которой приходится много работать, чтобы прокормить всех. Рассказывает, как они вместе горюют, как вся семья ждет чуда - возвращения Руслана. Я спрашиваю:
– Жалеете о чем–то?
– Если бы заново предложили начать жить, я все равно снова бы пошла за Руслана. Никто не дал мне столько душевной теплоты, как он. Если он не найдется, мне нет дальше смысла…
– У вас есть дети, вы нужны им, - перебиваю я.
– И детей бы не было без него.
Голос тихий, усталый. Сказала, будто отрезала, без всякого пафоса.
Марет ЭЛЬДИЕВА
"ДОШ" №3-2011

